Не быть частью этой военной машины Ксении было 16 лет когда Россия начала полномасштабное вторжение в Украину. Антивоенная позиция привела её к конфликту с родителями, а невозможность разделить переживания из-за войны с близкими обернулась тяжёлым одиночеством. В письме она рассказывает о нескольких трудных годах, приложенных усилиях, чтобы вернуться к нормальной жизни и планах уехать из […]

Отец Олега после операции на позвоночнике готовился прийти на последний звонок сына. Но за ним приехала военная полиция и увезла обратно на войну. Через пять дней он ушёл на штурм и больше не выходил на связь. Семья получила свидетельство о смерти, но тело так и не нашли.

«Автозаки собирались у кафе каждое утро, а потом медленно ползли в сторону центра» Нелли Искандерова из Санкт-Петербурга — врач, кандидат наук. Ей 58 лет. 30 из них она проработала в Первом медицинском университете имени Павлова на кафедре терапии. 20 лет — была заместителем декана в иностранном деканате. Жила с мамой в пригороде до февраля 2022 […]

После начала войны Анна ушла из профессии, которой больше не могла заниматься по этическим причинам. Попытки начать новую карьеру обернулись отказами, а призывы публично высказываться, донатить и эмигрировать вызывают у неё всё больше вопросов. Почему человек, который не поддерживает войну, должен калечить собственную жизнь, чтобы его назвали «хорошим и достойным»?