Все сразу пережил — страх, смятение, злость, ненависть. Хотел поехать, стрелять, защищать. Потом жена образумила. Понял, что не готов брать в руки оружие. Оружие несет только смерть.
Никита Скоба: «В России тебя постоянно заставляют опускать голову» Читать далее »
«И Маргарита Симоньян с Владимиром Соловьёвым поведут нас к нравственному возрождению, помяните мое слово. Всё будет очень противно, но всё-таки хочется дождаться того, что будет дальше, дождаться, чтобы Россия перестала уничтожать людей»
Виктор Шендерович: «Весь мир находится в заложниках у этой закупоренной головы» Читать далее »
«Также было при Гитлере в Германии, когда люди постепенно с ума сходили. Вот эти споры тогда шли: «ну нет, Путин на это не пойдет — он же не сумасшедший»
Виктор Рау:«Вот мы и стали фашистами» Читать далее »
«Я всегда с содроганием читала в учебниках истории про 30-е годы. Мне становилось радостнее, когда начинались страницы про перестройку. И казалось — как хорошо, этого же больше не повторится! Этот страх, что кто-то придет, что будут люди в сапогах, что будут доносы… Не надо себя обманывать, это давно уже началось»
Ольга Рубцова: «Особенность россиян — не обсуждать приказы» Читать далее »
«Чего вы ждете? Вы столько лет мирились с таким количеством плевков в вашу сторону, когда ваши права попирались в большом и малом! Что вы сейчас хотите? Да, вы пушечное мясо».
Екатерина Чупова: «Я бы не пустила сыновей на войну» Читать далее »
Потом приехал СОБР и они начали газом стрелять, газовыми шашками. Бить дубинками и начали забирать самых активных людей.
Владимир Тука: «Никто не просил: «Освободите нас!» Читать далее »
Мы оправдываемся, почему мы русские, на Западе, приезжая в Европу, мы оправдываемся между собой… Он не мой президент. Путин — это не Россия. Я уезжала из России со слезами, потому что там мой дом.
Дария Юдина: «Путин — это не Россия» Читать далее »
Была поздняя ночь, и было принято решение, о том, что люди могут сегодня переночевать у меня в кинотеатре.
Диллара Мухамбетова: «Позвала людей переночевать у себя» Читать далее »
Николай Мартыненко, бывший глава «Городских проектов» в Саратове. Ему 26 лет. Возраст, подходящий для мобилизации. Поэтому в самом начале войны решил покинуть Россию.
Николай Мартыненко: «Убить человека хуже, чем сесть на 15 лет Читать далее »
24 февраля она была вынуждена все бросить и бежать, потому что невозможно быстро укрыться в бомбоубежище с дочерью-колясочницей.
Алина Лысенко: «Ощущение, что тебя поставили на паузу» Читать далее »