Когда я находилась в России, я почти постоянно это ощущала, что я вынуждена сопротивляться на самых разных, даже бытовых, уровнях каким-то ценностям, которые я не принимаю.
Вера Рябицкая: «Как будто есть человеческие ценности, а есть — российские» Читать далее »
История Антона Семенистого — врача, покинувшего Россию ради протеста, о войне, медицине и новой жизни в Европе.
Антон Семенистый: «Врач-травматолог о том, как война влияет на медицину в России» Читать далее »
Сегодня я проснулась в тишине,
В поту холодном, ужасом объята:
А вдруг война не кончится при мне?
Случилась ведь Столетняя когда-то.
Людмила Свирская: «А вдруг война не кончится при мне?» Читать далее »
– Священник служил себе всю жизнь на одном приходе в одном храме, получал пожертвования от прихожан, на которые обычно семья живет. Зачастую это многодетные семьи. Официальная зарплата обычно в церквях – 15-20 тысяч рублей у священника. Многие священнослужители выживают только за то, что их как-то поддерживают прихожане. Случается война, священнослужитель выступает против, потому что это идет вразрез со всеми христианскими ценностями. Многие высказались публично против войны. После этого начались репрессии со стороны Московского патриархата.
«При путинском режиме не будет жизни ни России, ни Украине» Читать далее »
Многие бежали налегке и, понятно, книг с собой не брали, а книги очень нужны и важны, особенно детям,
Александра Вахрушева: «Книги запрещают — тупыми легче управлять» Читать далее »
— В Украине у нас много родственников. У моей жены брат живет, дети у него. Вторжение — это убийство людей, нарушение международного права. Путин — военный преступник. Почему я саботировал? Потому что я не мог поступить иначе. Я просто начал выполнять досконально вообще все инструкции. В соответствии с этими инструкциями локомотивы принимать нельзя. Какая-то поломка — ехать нельзя, иначе ты нарушаешь. Все нарушают, все едут. А я просто взял и начал работать абсолютно по инструкциям. Юридически ты абсолютно прав, фактически работа не происходит.
— Половина белградских таксистов расскажут вам, что Путин красавчик, Россия очень большая страна, а управлять ею можно только крепкой рукой; вот Сербии не нужна крепкая рука, а вот здесь они протестуют, понимаете ли. Это очень сильно строится на 1999 году, когда силы НАТО бомбили тогда Югославию. Путин воспринимается как кто-то, кто «натянул Америку по самые помидоры».
Виктория Мартынова: «Да, у меня сортир во дворе, но зато я попаду в рай» Читать далее »
Интервью с Ильей Матвеевым, политологом из Беркли, о военной экономике России, имперских амбициях Путина и ответственности россиян за войну в Украине.
Илья Матвеев: «Жить в России – значит замолчать» Читать далее »
Интервью с Игорем Левченко — музыкантом из Донецка, бывшим политзаключенным. О довоенном Донецке, Евромайдане, аресте и жизни после освобождения.
Игорь Левченко: «Я пел в СИЗО соседям по камерам» Читать далее »
Интервью с журналистом Андреем Григорьевым о причинах эмиграции из России, жизни в Варшаве и взгляде на войну в Украине.
Андрей Григорьев: «Сходил на войну, вернулся, убил кого-то, ушел на войну» Читать далее »