У него получилось одновременно запугать народ в России и очень сильно объединить [против Кремля] украинцев, и объединить всех людей, которые раньше обладали протестными настроениями. Действительно, за последние три с половиной года я чувствую, что многие на самом деле сплотились вокруг войны и проблемы репрессий. Я думаю, что гражданское общество едино как никогда.
«У Путина получилось запугать свой народ» Читать далее »
Война с Европой в каком-то смысле уже идет, потому что промышленность в Европе начинает чуть-чуть действовать опять. Хотя Европа, по-моему, пока не верит, что есть угроза. Потому что она видит, что Россия застряла в Украине. А если цинично на это смотреть, так Европа думает, что Россия там застрянет еще надолго, что вся Украина будет такой «буферной зоной».
Петра Прохазкова: «Путин застрял в Украине. Европе это выгодно» Читать далее »
Андрей Шарый — о войне, России без иллюзий, крахе демократии и журналистике как служении в эпоху лжи.
Андрей Шарый: «Миру придется жить с этой Россией» Читать далее »
Если человек не знает, что он имеет ценность, которая не сводится к его рабочему месту, то он живет с «дыркой» там, где должно быть ощущение ценности себя. И эта «дырка» заставляет его гоняться за каким-то величием, быть частью чего-то огромного, важного, просто потому, что там, где ощущение ценности себя, у него пустое место. И война, конечно, обслуживает эту потребность.
Елена Вешняковская: «В этих пулях нет моих копеек» Читать далее »
Как только началась война [сотрудники учреждения культуры] с такой поддержкой, так воодушевленно об этом говорили. Я ответил [одной из них]: «Подожди, сейчас твоего мужа в гробу привезут, и вот тогда ты будешь радоваться». И она так сильно обиделась на меня: «Что ты несешь? Все будет хорошо!» В итоге началась мобилизация, и потекли гробы — «грузы-200».
Павел Таланкин: «Путин боится, что они пришибут его» Читать далее »
Журналист Александр Мурашёв — о войне, пропаганде в школах, эмиграции и потере YouTube-канала «Нормальные люди».
Александр Мурашёв: «Скажешь «война», а к тебе постучат в дверь» Читать далее »
«Путин нас „с колен“ так и не поднял» Нам написала Ксения (имя изменено) из маленького города в Тюменской области. Она рассказывает о том, как взрослела на фоне политики Путина. — О вашем проекте знаю давно, почти с самого начала, и хочу поблагодарить вас за этот важный труд. Мы никогда не жили хорошо — денег всегда не хватало, проблемы были постоянно. Но мы привыкли, потому что «раньше было хуже». Я родилась до маткапитала и всякой поддержки матерей.
«Путин нас „с колен“ так и не поднял» Читать далее »
Нам написал Андрей (имя изменено) из Молдовы. Он рассказывает о том, как его родственники (украинцы по происхождению), живущие в России, стали поддерживать войну в Украине. — Наша большая семья жила в Молдове с 20-х годов XX века, а может быть, и раньше. У моего деда Ивана, этнического украинца, было трое сыновей и две дочери (рожденные
«Если падут Одесса и Николаев, «освободители» быстро дойдут и до нас» Читать далее »
Русский мир] — оккупанты, они приходят, чтобы захватить: насилуют, убивают. Когда пришли коммунисты, они считали, что мы [украинцы] их рабы… Кобзари играли на бандурах и поднимали украинский дух. Коммунисты начали их истреблять.
Татьяна Юрина: «Русский мир» приходит убивать и насиловать Читать далее »
У него была катаракта. Рядом сидела его дочь и говорила, куда поворачивать: вправо, влево, газ, тормоз. Он не видел, но вывозил людей каждый день из Харькова. И он нас вывез в то село, где при церкви школа. Мы ночевали в школе матрасах две недели.
Сергей Пуль: «Нас вывозил слепой пастор» Читать далее »