Ирина Сокол: «Меня спрашивали: «Как ты это допустила?»
Ирина Сокол о войне в Украине, эмиграции в Канаду и ответственности россиян за войну.
Ирина Сокол: «Меня спрашивали: «Как ты это допустила?» Читать далее »
Ирина Сокол о войне в Украине, эмиграции в Канаду и ответственности россиян за войну.
Ирина Сокол: «Меня спрашивали: «Как ты это допустила?» Читать далее »
У моего ребенка начались проблемы в школе. Не то чтобы мы открыто обсуждали происходящее, но у моего ребенка те же ценности, что и у меня. Были пара конфликтов с одноклассниками. Мне стало страшно, что я иду объяснять своему ребенку, что ему нужно молчать. А он будет расти, он станет подростком, молчать будет все сложнее.
Дарья Пеарсон: «Не хочу учить сына молчать» Читать далее »
Как можно с гопником о чем-то договариваться? Его надо бить. Сразу бьешь, он падает, и разговор на этом закончен. А если с ним договариваться, как Трамп звонил: «Дорогой Владимир» — это курам на смех. Я не вижу результата от вмешательства [Трампа], кроме, может быть, отрицательного.
Сергей Ирюпин: «Путин — мелкий гопник» Читать далее »
Люди адаптируются к войне тем, что хватаются за любое оправдание и себе его внушают. Этот процесс чаще всего происходит неосознанно. Но посмотрите, как разрушаются семьи. С какой агрессией люди набрасываются на своих родственников, которые пытаются их разубедить. Когда человек истерично кричит: «Ты предатель, не смей мне это говорить», он защищает свой комфорт. Не Путина, не идеологию, не войну.
Ксения Кириллова: «Пропаганда стала откровенно дикой» Читать далее »
Привезли пленного украинского солдата. Глаза, руки и ноги были замотаны скотчем красного цвета. Командир дает мне автомат и говорит: «Стреляй». Я ответил, что не буду стрелять. Прикладом я по затылку получил сначала. Они начали меня избивать, на минуты три-четыре я сознание потерял. Потом маленько в себя пришел, он приставил мне пистолет к голове и сказал: «Убивай или я тебя застрелю». Говорю: «Не буду стрелять». Он подумал и говорит: «Иди, п*дик»
Илья Елохин: «Он приставил пистолет, сказал: «Убивай или я тебя убью» Читать далее »
Для меня самым большим шоком первого месяца была гибель моей подруги Оксаны Баулиной, которую убила российская армия, российскую же журналистку, в Киеве 23 марта 2022 года. Вот тогда я ощутила, что такое — выбивает воздух из легких.
Светлана Махохей: «Мои друзья погибли на войнах Путина» Читать далее »
Историк и подкастер Андрей Аксёнов — о войне, эмиграции, памяти и попытке сохранить голос разума в эпоху имперских иллюзий.
Андрей Аксёнов: «Россия убивает людей ради захвата территорий» Читать далее »
«Маме пришлось месяц доказывать, что отец действительно пропал» Нам написал Илья (имя изменено) из Москвы. Ему 16 лет. Его отец много рассказывал ему о том, что происходит на фронте в российской армии. Сейчас он числится пропавшим без вести. — Всё понимание кромешного ужаса, происходящего в стране, ко мне пришло только осенью 2023 года, когда мой
«Маме пришлось месяц доказывать, что отец действительно пропал» Читать далее »
Никакая система не ставит перед собой задачу репрессировать всех инакомыслящих, даже самая жестокая. Она просто не может себе этого позволить, потому что инакомыслящих становится тем больше, чем больше ты репрессируешь. Сейчас, наверное, речь идет о нескольких миллионах людей, которые не разделяют политику Путина. Выступают против войны открыто или не открыто. Путинская власть <…> не пытается всех непременно репрессировать, но пытается показать, что это возможно. Это сакральные жертвы, которые они приносят.
Дмитрий Пермяков: «Дальше — только открытые казни на Красной площади» Читать далее »
Юлия Шумейко: «Война в Украине — это амбиции крайне глупого человека» Юлия Шумейко — владелица пражской галереи Art Master. Родилась в Киеве, но однажды уехала в Прагу ради своей мечты — открыть картинную галерею. Когда началась война, Юлия была в ужасе и поначалу не понимала, что делать. Ее мама провела две недели на парковке в
Юлия Шумейко: «Война в Украине — это амбиции крайне глупого человека» Читать далее »