«Есть вариант бесконечного, медленного, тягомотного кошмара, когда нет никакого просвета и люди просто живут в посттоталитаризме и продолжают пытаться спрятаться в свои уютные норки, где их политика не касается. Хотя она касается, уже просто в трусы залезла. Либо будут масштабные волнения, конфликты, кровь и боль, но только через это можно добиться свободы».
«Политика уже в трусы залезла» Читать далее »
«У меня некоторые ученики занимаются из шкафа. Очень «смешно». Но когда начинается сирена – они уходят шкаф. Там их папы сделали им специальную подсветку, мини-столики. И вот дети занимаются в шкафу, в коридоре, в подвале. Когда связь позволяет, они таким образом переключаются».
«Ваша совесть будет самый страшный палач» Читать далее »
«Сразу всплывает мысль о ядерном оружии, другого козыря у России нет. Хотелось бы верить, что этого не произойдет. Мы не знаем, какие планы готовит Россия. Наверное, какие-то хитрости они там пытаются выдумать. Ходили слухи, что они держат резерв, чтобы заманить украинцев, идущих в атаку, как-то окружить их и разгромить. Я в эти планы не верю. Только очередная «перегруппировка» теперь Россию спасет»
Война будет до полного освобождения Украиной всех оккупированных территорий Читать далее »
«Мать, потерявшая сына в Украине, хочет думать что он погиб не просто так, а за некую великую цель, за идею. Ей не хочется думать, что он погиб за аквадискотеку Владимира Путина или за пентхаус Алины Кабаевой. Приятнее думать, что сын – герой, что он не оккупант. В этом смысле пропаганда хорошо в Бурятии работает, потому что она этим травмированным женщинам внушает: ваши дети не оккупанты, ваши дети – герои, они погибли за великую цель. Количество гробов возросло, и поддержка войны тоже возросла»
Чем больше гробов, тем больше поддержка войны Читать далее »
«Макдоналдс» давал очень много в плане трудовых взаимоотношений: страховые выплаты, ДМС… Тем, у которых это была первая работа, он прививал вкус к работодателю — они потом не пойдут работать на дядю, который будет лишать выходных, не отпускать на больничный. Будут знать, что бывает по-другому»
«Люди молча ждут, когда все закончится» Читать далее »
«В России, мне кажется, последние выборы, на которых политическая конкуренция еще была возможна хоть в какой-то мере, это выборы 1996 года. После этого все. И выборы 1996 года — это конкуренция между плохой властью и еще более плохой оппозицией. Поэтому конкуренция была та еще»
«Мечтаю, чтобы закончилась война, чтобы мы смогли вернуться назад, чтобы в России изменилась власть. Чтобы все стало спокойнее и нам не кричали о том, что на Западе враги, и они всех нас ненавидят»
Проектировщик систем безопасности Георгий: «Я никого не предавал» Читать далее »
«Причем со Второй мировой. И поэтому периодически она ведет войны в Анголе, в Чечне, в Грузии — где угодно. Сейчас в Украину залезла. Потому что нечем гордиться, нечего предъявить в качестве «вот мы какие». Ну, нечего. И поэтому появился этот синдром «похмельной войны».
Журналист Григорий Пасько: «Россия – страна, которая не вернулась с войны» Читать далее »
Одна девочка звонит: «У меня полуторагодовалый ребенок, едем из Николаева, меня никто не встретит, я не знаю, куда я еду». Менеджер – везде менеджер. Есть задача – девушку с ребенком встретить, поселить, накормить. Осталось сделать несколько звонков, и всё будет хорошо.
Предприниматель Екатерина Станкевич: «У нас отняли нашу страну» Читать далее »
«Это нормально – мифологизировать прошлое. Вопрос в том, какие его аспекты ты мифологизируешь. Россия делает это в деспотическом варианте, выбирает самые кровавые страницы своей истории. Это может быть Сталин, Петр I, Невский – отбил ордынских оккупантов от этих ужасных латинян крестоносцев»
Журналист Николай Горелов:«Главная религия России – культ 9 Мая» Читать далее »