«Безумие было — начинать военные действия у себя под боком. Я сразу сказал: „Будет поражение жестокое“. Я понимал, что армии как таковой нет. Я служил в этой армии. Отцы нынешних начальников — это были воры. И вот, они двинули своих детей. Дурак подбирал большего дурака себе в подчинение. И выращивал эту глупую породу. Добились-таки своего, что страна осталась без вооруженных сил»

«Это последняя из череды ошибок, которые совершил Путин. Назад ему пути нет, это финал его истории. По прошествии девяти месяцев уже понятно, что это конец режима. Это была последняя и фатальная ошибка, от которой Путину, режиму, всей машине репрессий, уже не оправиться».

«Можно ли перепрограммировать наше население, чтобы они перестали поддерживать войну? Мне кажется, невозможно. Даже если каждому в дом занесут по гробу убитого сына, мужа, отца… Большая часть из них не станет ненавидеть Путина и эту власть. Они еще больше станут ненавидеть Украину».

«С психически больными надо разговаривать спокойно, не вызывать у них агрессию. Ужасно, что эти люди, даже те, с кем я работал… даже психиатры в этот бред впали. Народ заболел. Надеюсь, что остро заболел. Когда люди сходят с ума остро, они, как правило, поправляются. Хуже, когда заболевание носит хронический характер. Вот тут уже прогноз малоприятный».

«Как и присуще любому фашистскому режиму, у этого общества есть „внешние враги“, с которыми оно борется. И обществу внушается, что это правое дело. Они сели на тему: „Мы когда-то, да, победили фашизм“. И нещадно ее эксплуатируют, будучи фашистами».

«Власти нужно выбрать определенного врага. Врага, который всегда рядом с вами. Который имеет виды, о господи, на ваших детей. Вы его не вычислите, потому что это, возможно, ваш сосед. А может быть, вообще кто-то в вашей семье. То есть враг такой, скрывающийся. Безумно опасный».