Для меня самым большим шоком первого месяца была гибель моей подруги Оксаны Баулиной, которую убила российская армия, российскую же журналистку, в Киеве 23 марта 2022 года. Вот тогда я ощутила, что такое — выбивает воздух из легких.
Светлана Махохей: «Мои друзья погибли на войнах Путина» Читать далее »
Дмитрий Плисецкий рассказывает о своей эмиграции в Чехию, шахматах и политической ситуации в России, а также о влиянии войны на шахматный мир.
Дмитрий Плисецкий: «Это — война варварства против цивилизации» Читать далее »
Алина из Пензы рассказывает о жизни в эмиграции, проблемах ЛГБТ-сообщества в России и поддержке беженцев в Грузии и других странах.
Алина Безрукова: «Боюсь смириться с той реальностью, что нас окружает» Читать далее »
Григорян о влиянии войны России с Украиной на Армению, политических конфликтах и отношении армян к российской пропаганде.
Гор Григорян: «Все всё знают, но погибают люди» Читать далее »
Сергей Филенко рассказывает о своей жизни после эмиграции в Финляндию и борьбе с военными преступлениями России.
Сергей Филенко: «Я как Робинзон. У меня утонула страна» Читать далее »
Сергей Фокин — о протесте против войны, эмиграции учёных и будущем российской науки под гнётом пропаганды.
Сергей Фокин: «Народ виноват, что к власти приходит нечисть» Читать далее »
Художник Владимир Амелин — об антивоенных акциях, бегстве из России, жизни в Грузии, политике и силе искусства.
Владимир Амелин: «Самая жесть начнется, когда придется осознавать» Читать далее »
Пропаганда сейчас везде, она очень хорошо работает. Секрет успеха в том, что она освобождает человека от необходимости постоянно принимать решения, взвешивать всё и нести ответственность. Работа пропаганды может быть приравнена к работе эзотерики и коучинга. Человеку даются простые ответы, простая формула. И, конечно, это комфортно. И обвинять людей в том, что они ее принимают, особенно если у них нет другого выхода, и они заперты в этом, ни в коем случае нельзя.
Артур Чех: «Пропаганда освобождает от ответственности» Читать далее »
Павел Суляндзига — об удэгейцах, эмиграции, дискриминации и угрозах, которые коренные народы России переживают в тени войны.
Павел Суляндзига: «Я ваш, я не хуже, я пойду на войну» Читать далее »
Они оказались сильнее и устойчивее, чем мы думали даже полтора года назад. Если рассматривать мир и всех [крупных] политических игроков как систему, по-прежнему все держатся и не соскользнули в отчаянное зверство. Кроме России, но она там и была. И все стремятся к тому, чтобы не эскалировать конфликт, обуздать хотя бы свою агрессию. Даже Трамп говорит, что нужно прекратить кровопролитие.
Анастасия Рубцова: «Ценности ненасилия не сдаются» Читать далее »