Татьяна Татаринова: «Муж вернулся в Россию. Сказал, что должен быть со своими»

То есть я уже понимала, что это полный ужас, но я не поняла, что это общество, которое попало под тотальную пропаганду. Была сделана прививка на исчезновение эмпатии, и мои родственники, мои друзья показывали то состояние больного общества. Я просто не смогла тогда все это объединить, не поняла, что это все звенья одной цепи.

Татьяна Татаринова: «Муж вернулся в Россию. Сказал, что должен быть со своими» Читать далее »

Анна Трусова: «Меня обвиняют, что я предала свою мать, уехала к врагам»

У нас криминальное общество. Сколько сидело? Вся страна ГУЛАГ. Много людей пришло с тюрем. И эта культура идет в массы. А что сейчас будет? Они же к вам потом придут! Будут вас убивать.

Анна Трусова: «Меня обвиняют, что я предала свою мать, уехала к врагам» Читать далее »

Максим Родькин: «Путин логичен, как крокодил»

Он ведет себя очень логично с точки зрения психопата, преступника. Так же логичен крокодил. Он видит цель, плывет к ней и хватает. Можно посылать уголовников на войну и сокращать количество заключенных. Это было и в пандемию. Можно ничего не делать для того, чтобы спасать население, и будет сокращаться количество пенсионеров.

Максим Родькин: «Путин логичен, как крокодил» Читать далее »

Дмитрий Грецкий: «Тема свободы в моей семье была основной темой»

Мой отец родился в сталинском лагере и до 13 лет жил там. Первый муж моей бабушки был одним из руководителей крупного завода в Петербурге. Его расстреляли, а бабушку отправили без права переписки в лагерь, где она познакомилась с моим дедушкой уже будучи на поселении. Тема свободы в моей семье была основной темой.

Дмитрий Грецкий: «Тема свободы в моей семье была основной темой» Читать далее »

Дмитрий Захватов: «Война не закончится, пока Путин у власти»

Если вы можете обменять свой статус [адвоката] на жизнь человека, просто сделайте это, и всё. Ради этого стоило становиться, значит адвокатом, и ради этого стоило пройти весь этот длинный путь

Дмитрий Захватов: «Война не закончится, пока Путин у власти» Читать далее »

Ирина Непполайнен: «Путин на экране вызывает у меня матерный рефлекс»

Эшники не дремлют, приезжают за мной. Следователь — сын моей школьной подруги. Он говорит «Я только исполнитель». Я отвечаю: «Такой вот исполнитель в 1938 году расстрелял моего прадеда». В протоколе была ошибка на ошибке. Дважды меня назвали другой фамилией. Дело вообще не должно было до суда дойти. И потом они про меня забыли. Но когда я выдвинулась в кандидаты в депутаты, мне пошли звонки, СМС от этого следователя.

Ирина Непполайнен: «Путин на экране вызывает у меня матерный рефлекс» Читать далее »

Илья Шепелин: «Не пропаганда решает все, а дубинка»

Сложно противопоставить что-то людям, которые вас заталкивают в автозак. Пропаганда действует деморализующее. Когда у тебя создается это ощущение, что все эти сто человек, которые ходят из канала в канал — это и есть Россия. Нет, Россия намного больше.

Илья Шепелин: «Не пропаганда решает все, а дубинка» Читать далее »

Леонид Спирин: «Важно не соучаствовать»

Все будет очень плохо. Я уверен, что будет третья чеченская. Просто представьте ситуацию, что Путин уже сдох, а Кадыров еще нет. Если новые власти не будут пытаться посадить Кадырова — то это старые власти. А если будут — то Кадыров станет сопротивляться.

Леонид Спирин: «Важно не соучаствовать» Читать далее »

Ярослав Никитин: «Если сказать «завтра войны не будет», все это примут с радостью»

Им [властям в России] выгодно поддерживать всегда общество в состоянии тонуса, как собаку Павлова, чтобы они были всегда готовы по команде «фас» прыгнуть на кого-то

Ярослав Никитин: «Если сказать «завтра войны не будет», все это примут с радостью» Читать далее »

Поиск
EN