Жена меня будила: «Саша, Саша, проснись, мы в Чехии! Тебе плохой сон снится». Наташина мама готовила во дворе на костре, началась бомбёжка. Потом вроде бы все затихло, она вышла посмотреть, чтобы ничего не подгорело, пошла к костру и тут прилетело. Её сразу убило. Смотрю — женщина, старушечка, я уже несколько раз мимо неё прошёл. Потом со спины смотрю, а я же скульптор, я помню её по форме — пальто, воротник, шапка — заглядываю к ней и говорю: «Мам, это ты?» — «Ой, Сашечка» и расплакалась.