«Мы стали белыми воронами»
Как после начала войны благополучная семья из Самары добралась до США. «Сюр – вести детей в сад, перепрыгивая грязные ямы под «Россия – великая наша страна».
«Мы стали белыми воронами» Читать далее »
«Воспоминания о войне». Фрагменты из книги Николая Никулина
Несколько важных цитат с размышлениями о победе и исторической памяти ветерана ВОВ. Как война превращает людей в «удобрение для будущего».
«Воспоминания о войне». Фрагменты из книги Николая Никулина Читать далее »
«С ними говоришь – и как будто горох от стенки отскакивает»
«Людей там годами учили ненавидеть украинцев». Как учительница из Хабаровска переехала в Канаду, а потом почувствовала, что становится врагом для родных и знакомых в России. Письмо об утрате и стыде.
«С ними говоришь – и как будто горох от стенки отскакивает» Читать далее »
«Моя жизнь — это не протест, это норма среди ненормальности военщины»
«Моя жизнь — это не протест, это норма среди ненормальности военщины» Алексею (имя изменено), инженеру из Сибири, — 46. Прошедший год стал самым ужасным в его жизни. Потому что война за это время стала обыденностью. Публикуем его письмо с небольшими редакторскими правками: — Ужасно то, что гибнут люди. От имени моей страны, от моего имени.
«Моя жизнь — это не протест, это норма среди ненормальности военщины» Читать далее »
«Национальной идеей России стала ненависть»
«Россия в кровавом угаре под улюлюканье z-патриотов стремительно летит в пропасть». Как интервью на грузинской границе перечеркнуло надежду на возвращение в Россию. История предпринимателя из Чебоксар, уехавшего от трех повесток.
«Национальной идеей России стала ненависть» Читать далее »
«Такое впечатление, что ты с разбега врезалась в стеклянную дверь»
«Как это возможно? Тут гибнут люди сотнями в день, сжигается Мариуполь, но для них «не все однозначно»…»
«Такое впечатление, что ты с разбега врезалась в стеклянную дверь» Читать далее »
«Если жахнут, мы сгорим мгновенно»
«Была шальная мысль отстранить тех двух игроков, кто за СВО, но уже начали играть. Не хочу общаться ни с тем, ни с другим». Выдержки из дневника человека, который выбрал молчаливое несогласие с режимом. Предчувствие войны и разделение круга знакомых на тех, кто за и против.
«Если жахнут, мы сгорим мгновенно» Читать далее »
«Как гражданка своей страны — я проиграла»
Романе — 31. Уже год из-за войны она живет в психологически подавленном состоянии и считает это «травмой свидетеля». Залечить эту травму не помог даже отъезд из России. «Для меня стало неожиданностью, что люди, в которых я до этого видела простоту, иногда незнание, иногда беспечность, но не видела жестокости, стали агрессивными».
«Как гражданка своей страны — я проиграла» Читать далее »
«Фашизм – когда живое тело и душу человека пожирает государство»
«Я была готова на смерть. Слышала о самосожжениях, произошедших на днях, и такой вариант меня тоже не устрашал. Но гораздо больше меня устраивал вариант с автоматом Калашникова». Размышления о моральном выборе по следам эвакуации сына в Грузию. Письмо бывшего экскурсовода из Москвы с ответом на вопрос, как отличить добро от зла.
«Фашизм – когда живое тело и душу человека пожирает государство» Читать далее »
«Я стою здесь не потому, что я против моей страны. Я хочу, чтобы и моя страна стала свободной»
Светлана Белсо – психолог, ей 48 лет, живет с семьей в пригороде Копенгагена, Дания. Как и многие россияне по всему миру, она вышла на антивоенный митинг 24 февраля – в годовщину полномасштабного вторжения России в Украину.