«В селе говорят мало, но хоронят много» Нам написала Любовь (имя изменено). Ей 50 лет. Она живет на Сахалине. Любовь рассказала историю своего протеста против войны, которая началась для нее с шокирующих слов подруги: «Давно пора». Испытывая боль за Украину и не находя поддержки в своем окружении, она в одиночку вышла на площадь с самодельным […]
«В селе говорят мало, но хоронят много» Читать далее »
«Из трех моих мужчин ни один не ушел по контракту» Тамаре (имя вымышленное) 47 лет. В России живет 30 лет, в Тульской области. Ей удалось не пустить мужчин ее семьи не идти на войну. Тамара надеется, что в скором времени война закончится, но думает, что отношения между Россией и Украиной уже не будут прежними. —
«Из трех моих мужчин ни один не ушел по контракту» Читать далее »
Письмо акушерки-эмигрантки из России о войне в Украине, боли, одиночестве и потерянной связи с родиной. «После Бучи я чувствую себя живым трупом».
«Мой «новорожденный» ушел воевать в Украину» Читать далее »
Нам написал Павел из Казани. Ему 43 года. До отъезда из России он занимался электромонтажом. Из России он уехал не с первой попытки. Жену и детей ему пришлось оставить в России. Теперь он живет в Германии, учит язык и волонтерит.
«Моя мама хотела, чтобы я отправился на войну — заработать денег» Читать далее »
История Андрея с Урала: как ФСБ попыталась завербовать его для сбора данных об украинских военных через его родственников. Сначала его задержали за «фейки» и хранение пороха, а затем начали шантажировать уголовным делом о шпионаже.
«Полицай меня пнул, чтобы я шире раздвинул ноги» Читать далее »
«Федерацию ждут великие потрясения» Алексею (имя изменено) 53 года. Живет на Дальнем Востоке около восьми лет. Алексей из Средней Азии. Не раз сталкивался с неуважительным к себе отношением. Он размышляет о природе ксенофобии, о том, как она влияет на нынешнее состояние российского общества и его возможное будущее. — Неоднократно собирался написать, но каждый раз передумывал…
«Федерацию ждут великие потрясения» Читать далее »
Валерию (имя изменено) 47 лет. Сейчас он живет в Москве. В 2014 году Валерий поддался потоку кремлевской пропаганды, но личное знакомство с жительницей Украины кардинально изменило его мировоззрение. Он рассказывает о том, как перестал общаться почти со всеми друзьями и родственниками, так как те как будто «просто сошли с ума».
«У власти оказались воры и коррупционеры» Читать далее »
Нам написала Ксения (имя вымышленное) из небольшого города на Урале. Ей 17 лет. Ксения рассказала о том, как клеила антивоенные листовки и боялась, что придут за родителями. Она бы хотела работать на независимые СМИ, но думает, что это может грозить ей статусом иноагента.
«Все мои сверстники верят в перемены» Читать далее »
Нам написал Гия (имя изменено). Ему 20 лет. Он уехал в Казахстан, чтобы не попасть на войну в Украину. Он подмечает, что с началом войны все как будто превратились в «злобных оборотней».
«Люди стали зомби, в которых засунули диск с запрограммированными данными» Читать далее »
Нам написал Николай (имя изменено). Ему 43 года. Он занимается наукой. Он рассказал, что не верил в то, что начнется война. Теперь трудно поверить, что она закончится. Николай не понимает, как люди поддались пропаганде, но говорит, что его круг друзей почти не изменился, и лишь с мамой он почти не общается.
«Эта война совершенно России не нужна» Читать далее »