Массажист из Белгорода рассказывает о личном опыте противостояния войне, делится историями знакомых, которые сталкивались с мобилизацией, и показывает человеческое измерение войны.
«Знакомая травматолог поломала руку своему сыну, когда ему принесли повестку» Читать далее »
«Если нет денег на пенсионеров и учителей, то откуда деньги на военных и концерты?» Нам написала Ксения (имя изменено). Она 3D-моделлер, раньше делала мультфильмы для детей. Сейчас ходит на литературные курсы, чтобы писать свои собственные истории. Ксения рассказывает о своих попытках говорить с теми, кто поддерживает войну. В ее письме переплетаются усталость с надеждой. — Ничего нового я уже не смогу сказать и не пытаюсь. Я очень устала. Я хотела, чтобы моя жизнь
«Если нет денег на пенсионеров и учителей, то откуда деньги на военных и концерты?» Читать далее »
Андрей из Подмосковья рассказывает о принципиальном отказе от членства в Движении первых и давлении со стороны школы.
«Я не единственный, кто считает это цирком» Читать далее »
«Школа стала местом, где промывают мозги» Нам написал Дмитрий (имя изменено) из Ленинградской области. Он учится в 7 классе. Он любит Россию, но рассказывает в письме о пропаганде и вранье в школе, учителях, чья профессия деградировала. — Школа стала местом, где тебе промывают мозги и заставляют гордиться своей родиной. Я люблю свою красивую, многонациональную, интересную и любимую страну. Хотел бы гордиться ею. Но нам говорят какое-то низкосортное вранье и призывают к тому, чтобы
«Школа стала местом, где промывают мозги» Читать далее »
«В селе говорят мало, но хоронят много» Нам написала Любовь (имя изменено). Ей 50 лет. Она живет на Сахалине. Любовь рассказала историю своего протеста против войны, которая началась для нее с шокирующих слов подруги: «Давно пора». Испытывая боль за Украину и не находя поддержки в своем окружении, она в одиночку вышла на площадь с самодельным
«В селе говорят мало, но хоронят много» Читать далее »
«Из трех моих мужчин ни один не ушел по контракту» Тамаре (имя вымышленное) 47 лет. В России живет 30 лет, в Тульской области. Ей удалось не пустить мужчин ее семьи не идти на войну. Тамара надеется, что в скором времени война закончится, но думает, что отношения между Россией и Украиной уже не будут прежними. —
«Из трех моих мужчин ни один не ушел по контракту» Читать далее »
Письмо акушерки-эмигрантки из России о войне в Украине, боли, одиночестве и потерянной связи с родиной. «После Бучи я чувствую себя живым трупом».
«Мой «новорожденный» ушел воевать в Украину» Читать далее »
Нам написал Павел из Казани. Ему 43 года. До отъезда из России он занимался электромонтажом. Из России он уехал не с первой попытки. Жену и детей ему пришлось оставить в России. Теперь он живет в Германии, учит язык и волонтерит.
«Моя мама хотела, чтобы я отправился на войну — заработать денег» Читать далее »
История Андрея с Урала: как ФСБ попыталась завербовать его для сбора данных об украинских военных через его родственников. Сначала его задержали за «фейки» и хранение пороха, а затем начали шантажировать уголовным делом о шпионаже.
«Полицай меня пнул, чтобы я шире раздвинул ноги» Читать далее »
«Федерацию ждут великие потрясения» Алексею (имя изменено) 53 года. Живет на Дальнем Востоке около восьми лет. Алексей из Средней Азии. Не раз сталкивался с неуважительным к себе отношением. Он размышляет о природе ксенофобии, о том, как она влияет на нынешнее состояние российского общества и его возможное будущее. — Неоднократно собирался написать, но каждый раз передумывал…
«Федерацию ждут великие потрясения» Читать далее »