«Моя мама хотела, чтобы я отправился на войну — заработать денег» 

Нам написал Павел из Казани. Ему 43 года. До отъезда из России он занимался электромонтажом. Из России он уехал не с первой попытки. Жену и детей ему пришлось оставить в России. Теперь он живет в Германии, учит язык и волонтерит.

«Моя мама хотела, чтобы я отправился на войну — заработать денег»  Читать далее »

«Полицай меня пнул, чтобы я шире раздвинул ноги»

История Андрея с Урала: как ФСБ попыталась завербовать его для сбора данных об украинских военных через его родственников. Сначала его задержали за «фейки» и хранение пороха, а затем начали шантажировать уголовным делом о шпионаже.

«Полицай меня пнул, чтобы я шире раздвинул ноги» Читать далее »

«Федерацию ждут великие потрясения»

«Федерацию ждут великие потрясения» Алексею (имя изменено) 53 года. Живет на Дальнем Востоке около восьми лет. Алексей из Средней Азии. Не раз сталкивался с неуважительным к себе отношением. Он размышляет о природе ксенофобии, о том, как она влияет на нынешнее состояние российского общества и его возможное будущее. — Неоднократно собирался написать, но каждый раз передумывал…

«Федерацию ждут великие потрясения» Читать далее »

«У власти оказались воры и коррупционеры»

Валерию (имя изменено) 47 лет. Сейчас он живет в Москве. В 2014 году Валерий поддался потоку кремлевской пропаганды, но личное знакомство с жительницей Украины кардинально изменило его мировоззрение. Он рассказывает о том, как перестал общаться почти со всеми друзьями и родственниками, так как те как будто «просто сошли с ума».

«У власти оказались воры и коррупционеры» Читать далее »

«Все мои сверстники верят в перемены»

Нам написала Ксения (имя вымышленное) из небольшого города на Урале. Ей 17 лет. Ксения рассказала о том, как клеила антивоенные листовки и боялась, что придут за родителями. Она бы хотела работать на независимые СМИ, но думает, что это может грозить ей статусом иноагента.

«Все мои сверстники верят в перемены» Читать далее »

«Люди стали зомби, в которых засунули диск с запрограммированными данными»

Нам написал Гия (имя изменено). Ему 20 лет. Он уехал в Казахстан, чтобы не попасть на войну в Украину. Он подмечает, что с началом войны все как будто превратились в «злобных оборотней».

«Люди стали зомби, в которых засунули диск с запрограммированными данными» Читать далее »

«Эта война совершенно России не нужна»

Нам написал Николай (имя изменено). Ему 43 года. Он занимается наукой. Он рассказал, что не верил в то, что начнется война. Теперь трудно поверить, что она закончится. Николай не понимает, как люди поддались пропаганде, но говорит, что его круг друзей почти не изменился, и лишь с мамой он почти не общается.

«Эта война совершенно России не нужна» Читать далее »

«И все по вине одного бункерного деда»

Нам написала Кристина (имя вымышленное). Ей 22 года. Она педагог из Омска. Ее семья поддерживала Путина и войну до того момента, пока ее отцу не пришла повестка. О ее переживаниях и о том, как поменялись взгляды в ее семье она написала в своем письме.

«И все по вине одного бункерного деда» Читать далее »

«Те, кто едет на смерть, едут молча»

Мы получили письмо от нашей читательницы Екатерины (имя изменено). Ей 26 лет. Работает в сфере медицины. Часто сталкивается с военными во время своих поездок по работе. Ее первые впечатления от таких встреч были пропитаны ненавистью и неприятием, но время и личные наблюдения заставили ее взглянуть на эту ситуацию иначе. Она рассказывает о драмах и трагедиях, разворачивающихся перед ее глазами, о сложных эмоциях и разрывающих сердце прощаниях на вокзалах.

«Те, кто едет на смерть, едут молча» Читать далее »

«Мы ранены. Нам больно»

Свое эссе нам отправила Татьяна Клейн. Она делится мыслями о том, как искусство, творчество и поддержка единомышленников помогают преодолевать внутренние и внешние испытания. Пишет о том, как сохранить внутреннюю гармонию, несмотря на тьму вокруг, и обрести силы для движения вперед.

«Мы ранены. Нам больно» Читать далее »

EN