«Не бывает “правильных” войн» Нам написал Шахтёр (прозвище выдумано автором письма). Ему 14 лет. В письме он рассказал о том, как его отца-инвалида 2014 года пытаются снова отправить на фронт. И о том, что сделала война с жизнью на Донбассе. Я живу в небольшом городке на востоке Донбасса, ранее плодородного края с цветущими городами. А […]
«Не бывает “правильных” войн» Читать далее »
«В первый день войны в моём дворе стоял танк» В нашу редакцию написала Дэня (имя вымышленное). Она живёт в Донецкой области. Дэня рассказала о том, как переживала первые дни вторжения российских солдат и о том, как война повлияла на её семью. — Когда началась война, мне было 11 лет. Нас начали «освобождать» первыми, поэтому уже
«В первый день войны в моём дворе стоял танк» Читать далее »
«Тут не то что детей, тут и животных уже страшно заводить» Нам написала Лидия (имя изменено) из Волгограда. Лидия – домохозяйка. В письме она рассказала о том, как потеряла питомца из-за отсутствия иностранных лекарств в ветеринарной клинике. – Может, кому-то моя история покажется немного странной, но я хочу, чтобы люди поняли: для любого действия есть
«Тут не то что детей, тут и животных уже страшно заводить» Читать далее »
«Оставался в неведении, но не поддерживал власть» Нам написал Дмитрий (имя изменено). Ему 22 года. Он рабочий. Живет на Северном Кавказе. Дмитрий рассказал о становлении своей позиции. Когда началась война, я даже не понял, что происходит. В тот момент я учился в техникуме. Вспоминая те дни, мне кажется, что всё было в тумане. Многие обсуждали
«Оставался в неведении, но не поддерживал власть» Читать далее »
До недавнего времени я работала журналистом в государственном СМИ. Когда началась война, я писала статьи о происходящем на Донбассе. Но пришла цензура, издание закрылось. Полтора года назад у меня был диалог в соцсетях о войне — и в феврале прошлого года ко мне домой приехал следователь ФСБ с обыском.
«Ко мне домой приехал следователь ФСБ с обыском» Читать далее »
Где-то в 16 лет ко мне пришло осознание того, что я — транс-девушка. В современной России волей путинских политтехнологов сотни тысяч транс-персон ходят под статьей просто по факту своего существования. Я приняла непростое решение: отложить получение эстрогена до того момента, когда окончательно уеду из России.
«Сотни тысяч ходят под статьей просто по факту своего существования» Читать далее »
«Можно потерять ещё одного близкого человека в этой «русской рулетке»» Нам написала Людмила (имя изменено). Ей 25 лет. Она из Приуралья. Рассказывает о том, как ее родственники выбрали пойти на войну. — Я всегда была против Путина и того, что происходило в моём детстве, а затем и в юности. Когда училась в колледже, в наш
«Можно потерять ещё одного близкого человека в этой «русской рулетке»» Читать далее »
«С того заседания, где трясся Нарышкин, стало понятно, что война будет» Любовь (имя изменено) написала нам письмо. Ей 49 лет. Она рассказывает, как начало войны изменило её жизнь: работа, окружение и привычный мир рухнули за один день. Она делится размышлениями о страхе, утрате и поиске опоры. — Здравствуйте! Огромное спасибо за вашу работу. В первые
«С того заседания, где трясся Нарышкин, стало понятно, что война будет» Читать далее »
«Они не спят — они живут с широко закрытыми глазами» Нам написал Андрей (имя изменено). Он давно понял, куда идет путинский режим и даже получил уголовку за “экстремизм” еще в 2009-м году. В 2021-м он уехал в Грузию, а потом в Канаду. – Где-то в промежутке с 2004 по 2006 год я пришёл к пониманию,
«Они не спят — они живут с широко закрытыми глазами» Читать далее »
Нам написал Сергей (имя изменено). Ему 13 лет. Он живёт в Ямало-Ненецком округе. Сергей рассказал о том, как менялись его политические взгляды. — Когда началась война, мне было 10 лет. Сейчас мне 13. Момент её начала я не забуду никогда. Я отчётливо помню, как всё было. Я сидел, смотрел ещё доступный на то время YouTube,
«Понял многое — и терпеть это не намерен» Читать далее »