Марине 47. Она из Ленинградской области. Марина рассказала о своём отношении к «Бессмертному полку» и о том, как сложно сегодня найти «своих».

Екатерине 46 лет. Она юрист из Петербурга. Она, как и многие, пыталась разговаривать, переубеждать. Оглядываясь вокруг, кажется, что «ничего не изменилось», однако поменялось ее собственное отношение к происходящему, поменялся муж. Ей кажется, что сложнее всего приходится чувствительным людям, а остальные отгораживаются от происходящего.

«Производят стойкое впечатление людей, в чьих умах профессионально порылись». Письмо психолога из Москвы о морали, ответственности и комплексе вины.

Светлане 40 лет, она филолог из Москвы. Она рассказывает о тех временах, когда она ещё была «подтравлена» и верила «голубому экрану», жила «не шатко, не валко» и о непонимании того, как возможна в наше время такая война.

Егору (имя изменено) 27 лет, он работает в одном из маркетплейсов и подрабатывает поваром. Он пишет о ценности жизни, любви и дружбы и о том, как больно смотреть, как они растворяются в повседневности за кепками и футболками с буквой z.

Арсению (имя изменено) 29 лет, он из Томска. Работал в офисе. Теперь работает в тёмную. Рассказал, каким видит будущее России, «раздробленной на княжества, поделенной олигархами».

Вячеславу 54 года, пишет из России, по образованию инженер по эксплуатации средств связи. Расходов немного, дети уже сами зарабатывают, поэтому на жизнь хватает. Остаться было вынужденным решением. Мать сердечница на таблетках, брат инвалид. «Людям с ограниченными возможностями в этой стране всегда было трудно жить, сегодня почти невозможно».