Юлия Борковская: «Украинцы не примут мир на чужих условиях»

Ну, чтобы я содрогнулась, услышав русскую речь, этого не будет, конечно. Ой, я надеюсь, что не будет, если ничего не произойдет более ужасного лично в моей ж

Юлия Борковская: «Украинцы не примут мир на чужих условиях» Читать далее »

«Путин украл мою Россию»

Все везде говорят, что все за Путина, за единую Россию, но я не знаю ни одного такого человека. А по данным ты видишь, что поддержка действительно есть. Это очень сильная несостыковка, которая в том числе говорит об устройстве общества, о неравенстве.

«Путин украл мою Россию» Читать далее »

Тимофей Бугаевский: «Мы должны были осваивать Марс, а занимаемся войной»

Сколько бы я ни донатил, все равно оставалось ощущение, что я делаю недостаточно <…> Пока я не начал регулярно делать протесты, целый год было чувство, что я делаю очень мало.

Тимофей Бугаевский: «Мы должны были осваивать Марс, а занимаемся войной» Читать далее »

Павел: «Тяжело признавать себя гражданином страны-террориста»

Твоя страна развязала ужасную войну. И поэтому, чтобы как-то снять с себя ответственность, ты ищешь какие-то оправдания, причины…

Павел: «Тяжело признавать себя гражданином страны-террориста» Читать далее »

Анна: «Нужно записать адрес, а человек говорит: «Зачем? Моего дома уже нет»

Нужно записать адрес. А человек говорит: «Зачем? Моего дома уже нет»… И ты понимаешь, что люди, которые бомбят здания, дома — они, может, в жизни и дома-то никогда не построили и вообще ничего не создали…

Анна: «Нужно записать адрес, а человек говорит: «Зачем? Моего дома уже нет» Читать далее »

Ирина Халип: «Чтобы победить диктатуру надо быть готовым к жертвам»

Придется стоять не просто дни, а недели, может, месяцы. Нельзя уходить. Цветочки, фонарики, шарики, попытки обниматься с ментами, извините, это тупиковый путь.

Ирина Халип: «Чтобы победить диктатуру надо быть готовым к жертвам» Читать далее »

Олег Степанов: «Ты людям смертный приговор подписала»

Директорка одного театра ко мне подошла и говорит: «Представляешь, нам прислали семь мобилизационных листов, чтобы я сама выбрала семь человек из театра и отправила их туда, на мобилизацию, на войну. Но я договорилась хотя бы на четыре». Я говорю: «А как ты выбирала-то? Ты же людям смертный приговор подписала!» Ей-то кажется, что она, наоборот, сделала святое дело.

Олег Степанов: «Ты людям смертный приговор подписала» Читать далее »

Кирилл: «Борцов за справедливость в России не любят»

За два года воспитан навык двоемыслия и навык распознавать своих. Беседы политические ведутся, но ведутся по кухонькам, когда люди знают, что все свои и можно друг другу доверять. У многих, в особенности у школьников, война [против Украины] прошла по семье гражданской войной.

Кирилл: «Борцов за справедливость в России не любят» Читать далее »

Филипп Пищик: «У этого нелюдя нет тормозов. Он сделает все, чтобы остаться в истории»

Я себя не представляю в России. Я не представляю, что я могу пойти на какое-то party, плясать. Я не представляю, что я могу пойти на какой-то концерт, где со сцены не говорят: «Нет войне»

Филипп Пищик: «У этого нелюдя нет тормозов. Он сделает все, чтобы остаться в истории» Читать далее »

EN