Я очень люблю россиян — россиян хороших, которые борются, на которых не действует игла [пропаганды]. Я верю, что этих алмазов большая россыпь… Не надо опускать руки и надо продолжать поддерживать их. У них, кроме нас, никого нет, а у нас — кроме них, — говорит Юлия.
Юлия Запорожцева: «Путин боится своих узников» Читать далее »
Предполагаю, что репрессивная составляющая тоже будет ухудшаться. История с «иностранными агентами», «нежелательными организациями», «госизменами» — этого будет больше и больше.
Татьяна Фельгенгауэр: «Репрессивная история будет ухудшаться» Читать далее »
Я никогда не голосовала за Путина. У меня в семье было правило «за кого угодно, но не за Путина». Да, тогда было не за кого голосовать, мы понимали, что Ксения Собчак — это проект Кремля. Но я пошла и проголосовала за нее, потому что не хотела, чтобы мой голос отдали Путину.
«Власть поняла, что можно использовать силу, когда что-то не нравится» Читать далее »
Митрополит выступал на открытии мурала в честь погибшего, и он там говорил такие ужасные вещи: «Ваш сын погиб не напрасно, потому что, чтобы победить, нужно пролить жертвенную кровь». Ё-моё, какой ты людоед вообще! Какое людоедское высказывание! Как оно может звучать от человека, который выступает за религию, за миролюбие!
Илья Бобрик: «Какие же они людоеды!» Читать далее »
Я проснулась от непонятных звуков. Это были взрывы. Мне казалось, что я сплю. Я не хотела просыпаться, когда услышала второй звук. <…> Соседка меня спрашивает: «Маша, а что это?» Я говорю: «Это как раз то, что мы не можем произнести»
Мария Зубарева: «Я сразу поняла, что война — это надолго» Читать далее »
Если не помогать Украине, то это в конечном итоге коснется всех. Если сейчас не остановить [Путина], то я даже не хочу думать, что может быть дальше. Это станет еще одним подтверждением, что можно творить лютую дичь, сеять ужас, убивать, и тебе за это ничего не будет.
«Путин безнаказанно творит дичь» Читать далее »
Человека схватили [росгвардейцы] Я попытался ему помочь. Дальше меня кладут в пол, я что-то вякаю: «На каком основании вы меня задерживаете?! Вы не имеете права!» <…> Двое меня держат, третий мне пробивает прямой в нос. До сих пор шрам остался. Было много крови, было очень больно, при этом, не было перелома. Мне кажется, омоновцы специально этому учатся, чтобы потом нельзя было написать в деле.
Юрий Русаков: «Вот повестка — поедешь на Донбасс» Читать далее »
Режим силен, а люди безоружны. Сочетание этих факторов приводит к тому, что режим постепенно, раз за разом отнимает у людей свободу. Моя Россия сидит в тюрьме. У моей России нет голоса. Потому что в ее горло синими пальцами вцепился диктатор.
Я сделал плакат I’m Russian and I stand with Ukraine! Я почему-то боялся, что украинцы могут отнестись ко мне плохо из-за того, что у меня написано «я русский» на плакате. Но ко мне подошли несколько человек и сказали спасибо. Слезы наворачивались на глаза.
«Русский» теперь ассоциируется не с матрешкой, а с войной и Путиным Читать далее »
«Россия не хотела никакой войны, ее Америка заставила». Возникает закономерный вопрос, почему Путин — иностранный агент, который дал Америке втянуть себя в братоубийственную войну? Эти вопросы, видимо, по телевизору не обсуждают.
Ася Казанцева: «Путин — иностранный агент?» Читать далее »