Ян Левченко: «Произошла циничная нормализация войны»
Это изначально полное попрание всего. Не просто нарушение прав человека, это системное наступление на здравый смысл
Ян Левченко: «Произошла циничная нормализация войны» Читать далее »
Тимофей Бугаевский: «Мы должны были осваивать Марс, а занимаемся войной»
Сколько бы я ни донатил, все равно оставалось ощущение, что я делаю недостаточно <…> Пока я не начал регулярно делать протесты, целый год было чувство, что я делаю очень мало.
Тимофей Бугаевский: «Мы должны были осваивать Марс, а занимаемся войной» Читать далее »
Павел: «Тяжело признавать себя гражданином страны-террориста»
Твоя страна развязала ужасную войну. И поэтому, чтобы как-то снять с себя ответственность, ты ищешь какие-то оправдания, причины…
Павел: «Тяжело признавать себя гражданином страны-террориста» Читать далее »
Анна: «Нужно записать адрес, а человек говорит: «Зачем? Моего дома уже нет»
Нужно записать адрес. А человек говорит: «Зачем? Моего дома уже нет»… И ты понимаешь, что люди, которые бомбят здания, дома — они, может, в жизни и дома-то никогда не построили и вообще ничего не создали…
Анна: «Нужно записать адрес, а человек говорит: «Зачем? Моего дома уже нет» Читать далее »
Ирина Халип: «Чтобы победить диктатуру надо быть готовым к жертвам»
Придется стоять не просто дни, а недели, может, месяцы. Нельзя уходить. Цветочки, фонарики, шарики, попытки обниматься с ментами, извините, это тупиковый путь.
Ирина Халип: «Чтобы победить диктатуру надо быть готовым к жертвам» Читать далее »
Олег Степанов: «Ты людям смертный приговор подписала»
Директорка одного театра ко мне подошла и говорит: «Представляешь, нам прислали семь мобилизационных листов, чтобы я сама выбрала семь человек из театра и отправила их туда, на мобилизацию, на войну. Но я договорилась хотя бы на четыре». Я говорю: «А как ты выбирала-то? Ты же людям смертный приговор подписала!» Ей-то кажется, что она, наоборот, сделала святое дело.
Олег Степанов: «Ты людям смертный приговор подписала» Читать далее »
Кирилл: «Борцов за справедливость в России не любят»
За два года воспитан навык двоемыслия и навык распознавать своих. Беседы политические ведутся, но ведутся по кухонькам, когда люди знают, что все свои и можно друг другу доверять. У многих, в особенности у школьников, война [против Украины] прошла по семье гражданской войной.
Кирилл: «Борцов за справедливость в России не любят» Читать далее »
Филипп Пищик: «У этого нелюдя нет тормозов. Он сделает все, чтобы остаться в истории»
Я себя не представляю в России. Я не представляю, что я могу пойти на какое-то party, плясать. Я не представляю, что я могу пойти на какой-то концерт, где со сцены не говорят: «Нет войне»
Филипп Пищик: «У этого нелюдя нет тормозов. Он сделает все, чтобы остаться в истории» Читать далее »
Максим Паелов: «Пока силовики на стороне Путина, ничего не поменяется»
С Россией все так, с правительством не так. В целом, Россия хорошая страна. Основная проблема — это люди вне политики. Фальсификаций можно было бы избежать, если бы была 100% явка. Можно было выбрать другое правительство и другого президента, если бы была высокая явка, но люди не ходили на выборы.
Максим Паелов: «Пока силовики на стороне Путина, ничего не поменяется» Читать далее »
Александр Пустовит: «Ужасно, когда родной язык становится тебе не мил»
Нападение России обусловило психологический слом. Некоторое время мне было неприятно говорить моим родным русским языком. Это ужасно, когда твой родной язык, который ты любишь, на котором разговариваешь и пишешь, становится тебе не мил.
Александр Пустовит: «Ужасно, когда родной язык становится тебе не мил» Читать далее »