«Это очень страшное общество»

Ларисе (имя изменено) 42 года. Она живёт на Урале, работает в специализированном магазине товаров для отдыха на природе.

— Хотелось бы рассказать, как я живу с постоянным чувством вины перед украинцами.

Cтрана начала напоминать мне нацистскую Германию

Начну с того, что политикой я начала интересоваться ещё в 2013 году — с первого дня Евромайдана. Всю информацию в то время получала по ТВ. И, как полагается, я также стала жертвой российской пропаганды.

Но в июне 2014 года я зарегистрировалась в Zello-рации. Многие, наверное, уже не помнят, что это такое (спойлер: она функционирует до сих пор). Там можно было сидеть как на проукраинских каналах, так и на пророссийских. И там было общение с реальными людьми. И вот тогда моя картинка из телевизора начала не совпадать с рассказами реальных украинцев.

Был ещё один фактор, который позволил мне начать сомневаться. Когда на российский канал заходили украинцы, им не давали высказываться: модераторы «надевали намордник», и украинец мог только слушать, а не говорить.

Когда на украинский канал заходил россиянин, с ним вели диалог, пытались донести другую информацию, спорили, приводили факты: про Одессу 2 мая, про захват административных зданий в Донецке, про этого пресловутого «мальчика в трусиках», о котором так любили рассказывать россияне, и многое другое. Я начала искать информацию, много всего тогда нарыла. И дальше мой мир изменился кардинально. Стала интересоваться историей СССР. Не той историей, о которой нам рассказывали в школе. Прочла книги запрещённых в СССР авторов и поняла, что нам всё врали. Всё, чем я жила, было одной огромной ложью.

Моя страна начала напоминать мне нацистскую Германию 1937–1945 годов. Особенно после 2022 года, когда появилась эта Z и вся остальная символика убийства и войны. Также очень сильное влияние на мой внутренний мир оказала книга Джорджа Оруэлла «1984».

Уже тогда очень хотелось уехать из страны, но, к сожалению, финансовые проблемы, маленький ребёнок и, не буду лукавить, страх перед неизвестностью не позволили мне этого сделать — о чём я, наверное, буду жалеть до конца жизни.

О сыне в военкомате не знают ничего

До 2022 года моя жизнь проходила в постоянной депрессии. А 24 февраля мой мир полностью рухнул. Жизнь остановилась. Я перестала общаться с некоторыми очень близкими друзьями. Даже не я — они меня заблокировали. У меня очень большой круг общения по работе, и в тот момент я поняла, что осталась одна.

Бывает, не сплю, пока онлайн-карта Украины вся красная от ночных обстрелов. Утром просыпаюсь в надежде, что ни один шахед, ни одна ракета не достигла своей зверской цели. За четыре года Россия показала своё гнилое нутро: ради власти одного трусливого гнома идут дохнуть тысячи мужиков, потому что государство их нагнуло в такую позу, из которой можно выйти, только отправившись убивать, становясь мародёрами и оккупантами, обрекая дальнейшие поколения на вечный позор.

По сегодняшний день я уверена в победе Украины и никогда не скрывала своей позиции: не боялась выкладывать в ВК того же Дмитрия Карпенко с пленными — с первых его интервью. В комментариях писали, что это фейки.

За эти четыре самых ужасных года в моей жизни моя любовь к Украине стала такой, что мне кажется, будто я там жила всю жизнь. К сожалению, я там даже не была, и у меня там нет родственников, о чём я тоже жалею.

До сих пор живу в России. Моя нынешняя задача — уберечь моего сына от армии. Ему 22 года, и о нём в военкомате не знают ничего. Он не ходил на сборы от школы, у него нет никакой прописки, даже временной. Да, так можно жить в России: ходить в садик, отучиться в школе, все 9 лет кормить завтраками, что «пропишу, пропишу» и т. д.

Я сделала всё возможное и невозможное, чтобы мой сын не имел с путинским режимом ничего общего. Ещё я очень рада, что он уже не учится в школе. Не понимаю, как родители не видят, что на самом деле там происходит.

Юнармия ничем не отличается от Гитлерюгенда. Они даже цвета формы и шевроны сделали похожими. Как родители могут быть настолько слепы? Ведь дети легко впитывают всё это дерьмо, которое вливают им учителя, пропитанные этой же пропагандой.

Надеюсь покинуть эту кунсткамеру

Сейчас у меня в планах уехать. Морально не могу больше находиться в этом обществе. Если честно, за четыре года появились несколько человек, с кем можно поговорить и кто всё понимает. Но это очень мало.

Не скрою, у меня огромная ненависть ко всем оккупантам и ко всем, кто помогает этому режиму убивать украинцев. Вижу это общество изнутри — это очень страшное общество: без морали и сочувствия.

Общество с больной психикой.

Общество, которому на всё наплевать.

Общество с вечным «моя хата с краю».

Общество без самоуважения. Общество, для которого убийство стало нормой.

Общество трусов, готовых повиноваться всему, что им прикажут. Общество рабов, готовых защищать своё рабство ценой собственной жизни.

Меня буквально раздирает то, что в XXI веке в России не умеют пользоваться интернетом, но считают человека, который часами ежедневно изучает информацию, ничего не знающим, в отличие от себя — не изучающих ничего, но при этом якобы всезнающих.

Надеюсь всё же в течение 2–3 месяцев покинуть эту огромную кунсткамеру. И надеюсь, что рано или поздно светлая полоса всё же настанет. Но возвращаться точно не захочу. Лечить это общество придётся не одно поколение.

Человек не может выбрать, где ему родиться. Но самый главный выбор — остаться ли человеком — всё-таки за ним.

Украинцы, пожалуйста, простите! Я несу такую же полную ответственность за то, что творит это государство. Вы неимоверные, смелые, сильные духом, прекрасный народ и прекрасная страна. Желаю вам выстоять. А вы обязательно выстоите. Хочу почтить память всех украинцев, погибших в этой войне.