Им [властям в России] выгодно поддерживать всегда общество в состоянии тонуса, как собаку Павлова, чтобы они были всегда готовы по команде «фас» прыгнуть на кого-то
Ярослав Никитин: «Если сказать «завтра войны не будет», все это примут с радостью» Читать далее »
Мы прекрасно знаем, что и в Германии те, кто работал при Гитлере, продолжили работать даже после денацификации, потому что «другого народа у нас нет». Но все равно важно, когда принято как данность, что коммунизм был человеконенавистническим режимом, что ЧК, НКВД, КГБ — это преступные карательные органы, которые истребили огромную часть народа и развратили, почти всех остальных. <…> Страх, двоемыслие — все это вернулось. Это настоящий, самый худший разврат.
Сейчас в России идет скрытая холодная гражданская война […] У людей пошла такая социальная политическая деградация, что уже пошло деление «свой-чужой»
Владимир Жгулев: «Говорили «Ты бандеровец». Мне угрожали самые близкие друзья» Читать далее »
«Колонна ОМОНа шла как римская фаланга» Егору 42 года, он журналист. Рос и учился в Тамбове, 15 лет проработал в Москве — когда-то писал для Афиши, GQ, РБК. После начала войны издание, с которым сотрудничал на тот момент, заблокировали. Но уехал из страны не из-за того, что нависла угроза статьи за «дискредитацию», а после объявления
«Колонна ОМОНа шла как римская фаланга» Читать далее »
Европа живет в другой системе ценностей. Европа ведет себя цивилизованно. И поэтому ответ цивилизованный. По-другому они не умеют. Поэтому не было зеркального ответа.
«Бандитская структура пытается устрашать весь мир» Читать далее »
Киевлянке Анне — 47. Работала интернет-маркетологом, растила сына. Но после 24 февраля пришлось резко все изменить — ракета попала в соседний дом. Как война пришла в ее жизнь, и как отразилась на отношениях со знакомыми россиянами, Анна говорит в проекте «Очевидцы».
«К власти пришел человек из КГБ, а их учат искать не друзей, а врагов» Читать далее »