«Для школы мы давно учим ее врать»

После публикации истории Артура из Сибири о навязчивой военной пропаганде в школе, мы получили много комментариев. В них были советы: сменить школу на другую – с более адекватными учителями, перевести ребенка на домашнее обучение, уехать из страны. А еще в комментариях были эмоциональные отклики и свои примеры противостояния милитаризации в школах. Публикуем самые яркие из них анонимно.

– Чтобы вата не задерживалась в голове у ребенка, я ей запретил одно ухо закрывать ладонью. Смотришь на тварей, слегка голову наклонив, и вата высыпается, пока она сухая. Это каждый понедельник… Вранье в нашей семье – это то, за что можно больше огрести пилюлю, чем за что-либо другое, но для школы мы давно учим ее врать.

– Меня в моем советском детстве родители тоже учили так. Поменьше говори в школе и не рассказывай, что ты думаешь на самом деле! Нормальная мимикрия. Будь как все. Не высовывайся. А то огребешь. Я без ностальгии вспоминаю совок. Было очень тошно и лживо на всяких пионерских и комсомольских мероприятиях. Но я не высовывалась. В жизни было одно, на собраниях и в телевизоре – сплошь победы. Я с детсада знала разницу. Верить им нельзя, а спорить с ними себе дороже.

– Ребенок восьми лет идет из школы. Беседа про РАЗГОВОРЫ О…. Говорит про Украину и бла-бла-бла. На вопрос «А ты на чьей стороне?» он слишком уж громко сказал: «Конечно, я за Россию». А потом посмотрел по сторонам, поднялся на цыпочки и прошептал в ухо: «Давай поговорим об этом дома, здесь могут услышать». Таких, с его слов, 12 человек в классе!!! И это маленькие дети, которые учатся выкручиваться, лгать, лицемерить. Это [кошмар].

– Мы в таком же положении в нашей школе. Дочь в 9 классе. Решили, что в 10-й не пойдет. На уроках постоянный промыв мозгов, как будто они (учителя) себе что-то хотят доказать, особенно пожилые. У них рты не закрываются: «Какие все вокруг плохие, а мы хорошие, и нас обижают». Надежда одна: у детей в основной массе нет веры учителям, у учителей нет авторитета. В другое время это было бы очень грустно, но сейчас я тихонько этому радуюсь.

– Когда я была маленькой, то часто могла наблюдать, как мои родители, сидя на корточках, прижав уши к радиоприемнику, стоявшему на стуле, а иногда и накрывшись одеялом, слушали «вражьи голоса»: «Голос Америки» и «Радио Свобода», которые советские властители глушили. Мне было сказано, что я ни в коем случае нигде не должна рассказывать об этом и вообще о том, какие разговоры ведутся дома, что в том, что делают мои родители, нет ничего плохого, но знать об этом никто не должен. Я никак не могла увязать в своей детской голове сочетание «ничего плохого» и «никому не рассказывай», но свято соблюдала это предписание. Вот теперь вернулись эти времена. Страшно.

– А у нас в классе я одна из родителей против этого внедрения патриотизма в школу. Все с радостью воспринимают эти «говноуроки», построения, мероприятия, посылки [на фронт]…  Учительница тоже гнобит втихаря дочь, но моя воспринимает это как болезнь.

– Сыну 11 лет, 6 класс. Тоже думал, что научил говорить в школе одно, а дома другое. Абсолютно отсутствует критическое мышление, мелкий еще. На второй неделе он спалился. Так что понял: в РФ не выживем. 1 сентября улетели.

– «Если вас ударить в глаз, вы, конечно, вскрикнете. Раз ударить, два ударить, а потом привыкнете». Это я к тому, что мое детство проходило в 1950-е годы. И привычным заклинанием всех родителей было: «только никогда никому не рассказывай, что говорят дома! А то нас посадят, а тебя отдадут в детдом». Вот это и начинается опять. Вам это странно и неудобно, но вы быстро привыкнете и станете произносить это на автопилоте. Не изжила страна сталинизм, вот он и рецидивирует.

– У нас новый «урок» – «Орлята России». Сразу стало понятно, к чему готовят детей. Я своему сказала, что он не будет ходить. Он испугался, что ругать будут. Тут хитрее надо быть, не лезть на амбразуру. Мы возьмем справку, что ходим в бассейн в это время. Поскольку новый урок не по основной программе, а дополнительный, то он не является обязательным к посещению. А вообще любую печать можно за 300 рублей сделать и нарисовать себе «освобождение».

– В школе было так же. Теперь в техникуме не лучше. Один урок физкультуры и два урока ОБЖ в неделю. ОБЖшник уже поделил класс на взводы и назначил командиров.

– Сын учился в общеобразовательной школе. Туда от РОНО повадился какой-то хрен с крестом на шее и камуфлированных штанах, типа, «представитель военного(???) отдела Санкт-Петербургской епархии». Начал напрягать детей на сборы рождественских подарков одной из бригад внутренних войск, находящихся на передовой. Я подловил этого штриха в камуфлированных штанах и предложил валить нах** из школы и по-хорошему. Директриса и социальный педагог сразу заткнулись с поддержкой «военного отдела епархии». РОНО тоже сразу в отказ поперло. Да не надо никого бояться. Любая общеобразовательная школа не может выходить за рамки образовательной программы по классическим предметам. Военщине и идеологии там не место.

– В таких случаях я для себя поняла одно: их надо бить их же оружием. На завуча начать со всеми солидарными родителями писать жалобы по любому поводу: плохая еда в столовой, поборы на пособия, давление, угрозы и хамство. Взять справку у врача, что плохо спите из-за ее угроз вашей семье. Смысл позиции – не быть бессловесной грушей, когда завуч чувствует, что можно творить что угодно «раззудись плечо». Чтобы это она ночами перестала спать. И в конечном счете – добиться увольнения засранки.

– Настоящих учителей и в наше время было мало, в основном – училки. Бабушка моего мужа отбыла 6 лет в трудармии, после она рассказала своему внуку, как на самом деле складывалась история СССР. Маленький мальчик точно знал, что в школе и на улице про это рассказывать нельзя. Все детство дразнили фашистом, 9 мая ненавидит до сих пор. Психологические травмы на всю жизнь. В сложные времена всплывает всегда дерьмо, а молчание – знак поддержки. И мы все виновны.

– Мой сын учился в юнармейском классе до конца учебы, и ничего. Он не стал от этого зомбированным путинистом: понимает, все знает, я им доволен и знаю, что он не совершит преступление и не возьмет в руки оружие, пока не будет угроза жизни его семьи и страны, с оговоркой – если в стране будет власть народа, а не гопников из подворотни Ленинграда.


Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

EN