«Все изменилось, когда к нам перевели девочку из Мариуполя»

Нам написал Александр (имя изменено). Ему 14 лет. Он рассказывает о том, как менялись его взгляды от поддержки войны до полного ее неприятия. Пишет о пропаганде в школе, о том, как классная руководительница на разговорах о важном рассказывает о биолабораториях в Украине.

«Все изменилось, когда к нам перевели девочку из Мариуполя» Читать дальше »

«Как я не заметила, что мои друзья стали фашистами?!»

Инга наполовину русская, но с 1991-го живет в Латвии, где строила бизнес, растила детей. О стыде за «мещанскую» жизнь и разрыве социальных связей со стороны России.

«Как я не заметила, что мои друзья стали фашистами?!» Читать дальше »

«Стать таким же злым, как они – значит сдаться»

Война длится уже полгода, а в жизни томского университета ничего не поменялось. Никаких политических дискуссий в стенах алма-матер, никакого протеста среди студентов. О беспомощности настроенного «против» меньшинства в рассказе студентки ТГУ.

«Стать таким же злым, как они – значит сдаться» Читать дальше »

«Цена человеческой жизни в России стремится к нулю под всеобщее “Ура”» 

Что значит осиротеть на целую страну: как концертмейстер из петербургского оперного театра с цензурой превратилась в релокантку в Баку.

«Цена человеческой жизни в России стремится к нулю под всеобщее “Ура”»  Читать дальше »

EN