Назар Писаренко: «Мы жили в либеральном куполе»

— Кто-то почувствовал что-то еще в начале 2010-х, кто-то эмигрировал в 2012 году, кто-то — в 2014-м. Это такие разные этапы восприимчивости. Мы жили, как потом оказалось, в небольшом либеральном куполе, где люди были добрые, про красоту, заботу, про что-то новое, изучение себя, создание прекрасного, — такими вспоминаются Назару предвоенные годы в России.

Назар Писаренко: «Мы жили в либеральном куполе» Читать дальше »

Нурия Богдалова: «Нам рот заткнули кляпом»

Если не будет того, кто может издеваться над человеком, прямого исполнителя, если не найдется желающего, кто это может сделать, то не будет и государственного садизма. Они [исполнители], видимо, всегда есть… Государство или держит этих людей как маргиналов. То есть они могут издеваться над собственной семьей, над близкими, над соседями. Ограниченный у них круг [жертв] будет. Или государство им даст, как в 1930-е годы или как сейчас, возможности издеваться уже над десятками людей, практиковаться масштабно.

Нурия Богдалова: «Нам рот заткнули кляпом» Читать дальше »

Дмитрий Кот: «Им кажется: «Сейчас убьем украинцев и геев — и заживем!»

Глобально люди-то хотят жить хорошо. Просто когда им говорят, что если не будет геев, то станет лучше, им кажется: «Сейчас мы соберемся, убьём геев — и заживем!» Или неважно кого — геев, украинцев, кого угодно… Просто им кажется, что от этого станет лучше. Они не понимают, что не станет.

Дмитрий Кот: «Им кажется: «Сейчас убьем украинцев и геев — и заживем!» Читать дальше »

Иеромонах Иоанн: «Бог всегда на стороне жертв»

— Бог, в которого верят христиане, это не «всемогущий» Зевс из греческой мифологии. Когда мы требуем, чтобы Бог перед нами отчитывался, почему он допускает какие-то вещи — это оттого, что мы себе представляем Бога именно как Зевса. Сидит на облаках, смотрит на нас, готов карать или награждать. Но не об этом Боге говорит Иисус Христос. Он говорит о Боге, который страдает вместе с тем, кто страдает. Скорее, вопрос такой, почему Бог настолько нас любит и уважает нашу свободу, что не заставляет нас делать добро. Он дает нам возможность делать зло. Но Бог всегда на стороне жертв, а никак не на стороне тех, кто совершает насилие и несправедливость.

Иеромонах Иоанн: «Бог всегда на стороне жертв» Читать дальше »

Георгий Чижов: «Если бы Запад перестал помогать, украинцы дрались бы и вилами»

Запад во главе с США – неформальное лидерство США неизбежно – не может допустить победы путинского режима. Это означало бы полный крах системы безопасности, сложившейся во второй половине 20 века, и многих других ценностей. Если победит Дональд Трамп, некоторые сложности будут, но не фатальные. Если к тому времени, когда в Америке произойдут выборы президента, ВСУ продемонстрирует успехи… Трамп, он же всегда ориентируется на победителя. Поддержка будет. Другой вопрос – уровень поддержки и уступок, к которым Запад потенциально может склонять Украину. Пока официально говорится, что Украина сама решит, какие условия окончания войны она сочтет для себя достойными. И до достижения этих условий Запад будет оказывать поддержку».

Георгий Чижов: «Если бы Запад перестал помогать, украинцы дрались бы и вилами» Читать дальше »

Вера Павлова: «Путин – опухоль, мы – клетки иммунитета»

Встать на сторону тьмы?
Плакать: песенка спета?
Путин – опухоль. Мы –
Клетки иммунитета.
Мы ещё не мертвы.
Мы научены горем.
Проглядели? Увы.
Проиграли? Посмотрим.

Вера Павлова: «Путин – опухоль, мы – клетки иммунитета» Читать дальше »

«Я собрала свою жизнь в один чемодан»

— За полтора года, что я рисую антивоенные иллюстрации, многие люди поменяли мнение. Раньше мне в комментарии приходили родственники, друзья семьи, и писали мне гадости или что это все неправда, и я — предатель родины. Когда я прилетела по печальному случаю в Россию в январе, спустя год эмиграции, они ко мне подходили и говорили: «Мы были неправы, мы тебя понимаем сейчас». В такие моменты я понимаю, ради чего я рисую эти иллюстрации.

«Я собрала свою жизнь в один чемодан» Читать дальше »

«Не хочу в ту страну, какой может стать Россия»

— Смерть на войне — это не просто смерть. Это наивысшая точка приверженности какой-то идее. С этой точки зрения, смерть на концептуальном уровне — это слияние с чем-то большим, коллективным бессознательным в пользу реализации глобальной идеи.

«Не хочу в ту страну, какой может стать Россия» Читать дальше »

«Патриотизм стал синонимом кровожадности»

— Вот я живу в говне, но я могу сказать, что моя страна первой полетела в космос, у неё самые крутые ракеты. Присоединяясь к этому своим ничтожным «Я», тоже как будто становлюсь великим. Я приосаниваюсь от того, какая у меня мощная держава. И тогда я буду закрывать глаза, буду сильно искажать реальность, чтобы с реальностью вообще не встречаться. Я не буду вспоминать про унизительно маленькую пенсию. Не буду вспоминать, что лекарства стоят неприлично дорого, что мне нечем заплатить за ребенка.

«Патриотизм стал синонимом кровожадности» Читать дальше »

«Для него телек — рупор правды»

— Когда я отцу озвучивал решение ехать всей семьей в Аргентину, он сказал: «Только через мой труп. Я либо сдам тебя в ФСБ, либо в психушку. Потому что ни один нормальный человек в здравом уме не будет о таком думать».

«Для него телек — рупор правды» Читать дальше »

EN